Мужество и взаимопомощь

Вернулись мы в Ленинград, у нас ничего не было, и сложно было очень, конечно, но постепенно мы начали там осваивать всё. Помогли нам военные. У нас в соседнем доме жила актриса, которая пела для военных, мама ей рассказала, что нужно бы лекарство для девочки, и она после выступления попросила. И ей дали, выдали это лекарство, и Таня пошла на поправку. В общем, начали мы жить в осаждённом городе. И вот здесь я хочу сказать одну очень важную вещь. Здоровье бывает двух типов: физиологическое и психическое. Это совершенно разные уровни здоровья. Вот я хочу это продемонстрировать на том, как реагировали ленинградцы. Ну, о физическом здоровье всем понятно: холод, голод, ничего хорошего. А вот насчёт психического здоровья надо обязательно сказать. Ленинградцы потрясающе себя вели всю блокаду. Потрясающе. Они необыкновенно помогали друг другу, необыкновенно. Я могу приводить массу примеров. Холод, голод. К нам обращалось ленинградское радио. Не так, как сейчас: сейчас к нам не обращаются как к людям, сейчас быстро-быстро что-то бормочут, то, что нам не интересно, им не важно, поняли ли мы, и в общем это пустяки. Нет, каждое утро нас будили, говорили: «Дорогие, вставайте. Холодно, голодно, надо подвигаться, а мы пока вам… У нас хорошая новость есть. Мы вам музыку хорошую поставим, давайте, давайте, давайте». И так они нас поддерживали каждый день. Каждый день. А потом наша квартира стала пустая, мы остались одни в этой квартире, и для нас это было очень важно. Вот радио было необыкновенным. Ну, много можно рассказывать. Не работал водопровод. Брали воду из речки Карповки, которая вот тут рядом у нас, но спускаться туда было трудно. И подниматься с водой тем более. Там учредили порядок: значит, спустились, набрали воды – отдыхаете, помогаете спускаться другим. И так далее. В общем, это было так. Потом попал снаряд в деревянный дом недалеко. Разбил его, и мы стали оттуда, он был деревянный, таскать вещи, чтобы топить буржуйки. Написано было: «Щепки только для детей». А взрослые – тащите себе брёвна. Ну, и в общем вот это чувствовалось во всех движениях.