Я же сам дошел до этой самой Балты. В Балте я еще попал в тюрьму. Я вот забыл в этот момент. Меня как-то поймали там, в Балте. Шли двое полицейских местных, один другому говорит: «Дывись, жэдэня идё». По-украински, «дывись» – это смотри, «жэдэня» – это жидёнок. И меня в тюрьму. Сколько я там пробыл, не помню. Помню, что один раз пришел какой-то румын-офицер и начал стрелять по нас, не попал. Там внутри, в этой камере, был не только я. Я остался жив, через некоторое время они меня повели, и там была возможность бежать, я сбежал. Потом из Балты я почему-то решил вернуться в Кодыму. Я не знал ничего. Я заболел, дорогой я заболел. Надо сказать, что местное население не было против, а именно моего побега. Меня подкармливали. Очень смутно, но помню, что меня подкармливали местные. Я был пацан маленький. Меня подкармливали. Один раз я помню, что у меня поселили в дом, в христианский дом, я там ночевал. Там были такие наши знакомые, они меня приютили. Но они, по-моему, погибли потом. Я уже не помню, они погибли. Погибли при расстреле.