В марте 42-го нас вывезли. А освободили в последний день войны. 8 мая была капитуляция Германии. Три года мы были. Но освобождение было хорошее, желаемое. Потому что, когда уже фронт приближался, все уже, кто-то стал более ласковый из хозяев, кто-то, наоборот. А у меня получилось очень красиво. Я, значит, ни хозяев, никого нету, они все попрятались. И у нас усадьба выходила, как раз речка проходит, мост и магистраль из Бреслау. И вот въехали три велосипедиста, на велосипедах наши. Вначале всё время шли беженцы. Немцы освобождали территории, которые теперь принадлежит Польше, кто на велосипедах, кто уже так, эвакуация была от Бреслау очень трудная для немцев самих, на велосипедах ехали, видимо, тоже в очень короткий срок сказали и всё. И вот этот велосипедист меня остановил, как будто он на моего отца похож, мне показалось, и посадил меня на раму, и мы поехали. Я, наверное, разведка что ли, он уже знал, ехал и знал, куда он едет. А привёз к французам в лагерь. А там уже их подбрасывали, как Гагарина, и меня вместе с ними подбрасывали.