Отступление Красной армии

Я должен сказать, что этот период был тяжелейший. Его очень хорошо описал Твардовский: – Расскажу хотя бы вкратце, Как пришлось нам в счёт войны С тыла к фронту пробираться С той, с немецкой стороны. Как с немецкой, с той зарецкой Стороны, как говорят, Вслед за властью за советской, Вслед за фронтом шёл наш брат. Шёл наш брат, худой, голодный, Потерявший связь и часть, Шёл поротно и повзводно, И компанией свободной, И один, как перст, подчас. Шел он, серый, бородатый, И, цепляясь за порог, Заходил в любую хату, Словно чем-то виноватый Перед ней. А что он мог! И по горькой той привычке, Как в пути велела честь, Он просил сперва водички, А потом просил поесть. Тётка – где ж она откажет? Хоть какой, а всё ж ты свой. Ничего тебе не скажет, Только всхлипнет над тобой, Только молвит, провожая: – Воротиться дай вам бог… То была печаль большая, Как брели мы на восток. Шли нагие, шли босые, Потерявши связь и часть, Шли поротно и повзводно, И один, как перст, подчас. Ну, и так далее, не буду.