Принудительные работы

Дороги. Главное – это были дороги: и железные дороги, и шоссейные. Я жил в деревне Воробьевичи, которая была на приблизительно одинаковом расстоянии между Слуцком и Барановичами, а в сторону Барановичей был посёлок Тимковичи. Так вот, от Слуцка до Тимковичей была ещё железная дорога, потому что дальше уже была граница с Польшей. А сейчас же всё нарушено. И в связи с тем, что партизаны так действовали, закладывали всё это, ставили мины, немцам надо было как-то наладить обеспечение фронтовых частей, улучшить, то есть соединить Барановичи с Москвой. На Москву же шла, а с Барановичей до Тимковичей надо было проложить дорогу. Вот они и начали строить эту дорогу. Я получил задание: поехать туда и посмотреть, как, что и какие подходы, как можно будет взрывать ту часть, где уже она построена. Я заложил лошадь и поехал. И вот тут не могу не рассказать о том, что у меня часто в памяти возникает: приезжаю туда, спускаюсь в карьер, а это было между Тимковичами и деревней Рачкевичи. Там такой взгорок большущий с песком, и этот песок они брали. И вот я попал туда, потому что с деревни было приказано 10 подвод послать, и я с ними поехал. Спускаюсь я в этот карьер, а для того, чтобы песок этот получить, надо, чтобы кто-то ведь насыпал, и подходит женщина с лопатой. И, о боги, что я вижу! Нина Абрамовна – моя любимая ученица школьных лет. Ну, и она тоже сразу узнала… Я, после некоторых восторженных слов приветствия: «Нина Абрамовна, ложитесь в повозку, я вас сейчас засыплю песком и вывезу отсюда, а потом отправлю в партизанский отряд». Она говорит: «Мишенька, дорогой мой, я не могу этого сделать. Не могу ради твоей жизни. Я-то всё равно погибну, а зачем тебе погибать? Ведь они заметят это, потому что вышки были, с которых немцы наблюдали. Они это увидят на выезде. Сразу нас разоблачат и тут же тебя расстреляют. Я-то всё равно погибну, а зачем тебе? Ни в коем случае!» Насыпала мне земли, и я повёз до железнодорожной насыпи, где строили дорогу. Но вот этот случай, он у меня в памяти и в душе на всю оставшуюся жизнь. Её расстреляли, потому что наши отступали-отступали, а потом и наступать же стали. И когда нажали, то эту дорогу прекратили уже строить, и всех в Тимковичах этих, там более двух тысяч евреев было, всех расстреляли. Да, вот таким образом.