И помню, к нам начальник мой пришёл – и несёт целую коробку разобранных, ну, в общем, деталей. Ставит на стол. И с ним два солдата, просто обыкновенные солдаты. И говорит: «Вот приехала машина за нашими приборами для миномёта. Вы будете собирать прибор миномёта. Пока все не отрегулируете, ОТК не примет, никуда не отходить». Ну, мы так и сделали. Ребятки, военные, у нас на батарее сидели грелись, а мы все одетые работали в телогрейках. И представьте, через 80 лет я одного встретила. Были мы на встрече в торговом училище с учениками. Ну, там рассказывали, а он офицер, больше офицеров просят поделиться, вот его и взяли поделиться. И он стал рассказывать. «Я, – говорит, – сам из Сибири, а сейчас живу Ликино-Дулёво с семьёй. И нас послали на завод «Респиратор». А он раньше был по-другому, 856-й, как военный завод. Вот. «И мы там, – говорит, – нам собирали для миномётов приборы». А я так на него гляжу: «Слушай, друг, так я ж тебе приборы делала. Вы вдвоём на батарее сидели, я делала». Все: «Ха-ха-ха». Все рассмеялись. Потом он говорит: «Да, – говорит, – я, как раз я». Он, значит, один берёт прибор, я штуки 3 отрегулирую, он их берёт и сам несёт в ОТК. Там у него принимают – и он бегом к проходной, там машина ждёт. Там упаковывают, чтобы везти, не повредить. И вот так мы вдвоём делали. Ну, вот с этих пор мы с ним стали знакомы. Он как где меня увидит, он бежит ко мне, как будто мы с ним знаемся. И фотографировались с ним. И он меня как увидит… Где вот в последний раз мы с ним встретились, это когда открывали рабочий театр на улице… Уже забыла, какая улица. Ну, ладно. И он меня увидел, говорит: «Ой, мне тебе нужно что-то сказать». И тут нас, участников войны, на первый ряд усаживать стали. И мы с ним растерялись. А потом кончилось всё быстро, как с Красной площади, все сразу поднимаются, народу много, и куда-то все деваются, потому что во все стороны идут: кто на метро, за кем машина подъезжает. Вот так.