«Нам такая академия наук не нужна!»

Я уже сказал, что Никита Сергеевич Хрущёв получил очень хорошую поддержку. И за дела он получил эту поддержку. За те хорошие дела, которые были проведены. Но как видно, всё-таки, он неправильно понял эту поддержку. Я вот говорил о том грузе, который каждый из нас, а может быть, это старшее для нас поколение ещё больший груз культа личности несло на себе, вот этот груз культа личности не дал ему подняться выше – раз. И второе, что мне кажется тоже очень важно, что слишком быстро пошли те демократические процессы, которые он-то первый и начал. Но может быть, он даже не ожидал, что они пойдут так быстро. И что многое его начало, наверное, даже и смущать, немножко пугать. Вот академия наук. Он очень поддерживал Лысенко. Академия наук не поддерживала Лысенко. В Тимирязевской академии сельскохозяйственной была оппозиция серьёзная Лысенко. Идут выборы в академию наук. Значит, кандидат в академики Нуждин, помощник Лысенко. Мне рассказывал Пётр Леонидович Капица, как они, академики, к этому относились. У меня с Петром Леонидовичем Капицей были очень добрые отношения. Был как-то я у него, он говорит: «Вот здесь мы собрались. Вот Келдыш был здесь, я там…», и называет ещё несколько академиков. Сахарова не было. Говорит: «Мы сказали, ну, это позор для нашей академии наук избирать таких, как Нуждин, что мы не можем допустить». И поручили двум академикам выступить, потому что говорят: «Если просто забаллотировать, мы его забаллотируем, но просто забаллотировать это неприлично. Надо открыто сказать, почему мы его не хотим провести в академию наук». Вдруг неожиданно выступает Сахаров. Это Пётр Леонидович рассказывал. И как он мне сказал, он, говорит, выступил, ну, так, как, может быть, не надо было бы выступать, уж через чур резко. И раздразнил Хрущёва. Мы обсуждали очень глубоко и хотели высказать солидно на те, сказать солидно о тех причинах, которые не позволяют Нуждина провести в академию. А дальше пленум центрального комитета партии накануне сессии Верховного совета. Значит, Никита Сергеевич на этом пленуме выступает и очень раздражённо говорит о этом эпизоде. А эпизод ещё не закончился одним голосованием. Когда первый раз забаллотировали Нуждина, то второй раз собрали академию, членов академии наук, каждого вытащили с дачи, за каждым посылали автомобиль. Дали дополнительное место в состав академии и снова голосование, и снова забаллотировали Нуждина. Раздражённо Никита Сергеевич говорит: «Ну, кому такая академия наук нужна?», рассказываю об этом эпизоде. «Такая академия наук царю была нужна. Нам такая академия наук не нужна». Рядом со мной сидит президент академии – Келдыш. Он побледнел и тут же оборачивается ко мне, говорит: «Николай Григорьевич, я подаю сегодня заявление об отставке». Я говорю: «Как то есть об отставке? Мстислав Всеволодович, ну, вот в это-то время вы и нужны как раз академии наук. Потому что надо бороться за академию наук. И не думайте, пожалуйста, вы, академики, что только вы будете бороться за академию наук. Вместе с вами академию наук будут и другие бороться. А вы очень нужны». Сидим мы на пленуме, потом перешли в зал заседаний Верховного Совета, там, в Большой Кремлёвский дворец, там опять мы сидим с Келдышем. Я его уговариваю не подавать заявление. Потом меня вызывают в президиум и говорят, что: «Умер Морис Торез. Вот туда отбывает делегация, Михаил Андреевич Суслов. И вот вы утверждаетесь». «Ну, хорошо». Я уехал с делегацией, вот с Сусловым. Продолжение такое. Мы прилетели в Париж, приехали в посольство. Вышли в садик, там маленький скверик был такой, погулять, сели на лавочку. Я говорю: «Михаил Андреевич, как понимать заявление Никиты Сергеевича, что нам академия наук не нужна? Это что, решение президиума Центрального комитета партии? Тогда вы скажите нам, что это решение. Мы хотим знать, почему нам не нужна академия наук». «Что вы, что вы, товарищ Егорычев. Не-не-нет, это, это Никита Сергеевич сам». Я говорю: «Как это, то есть сам? А почему же вы тогда молчите? Как же это сам?». Вот сейчас пытаются изобразить это, как какой-то заговор против Никиты Сергеевича Хрущёва. Да нет, никакой это был не заговор, а развитие шло так, как оно не должно было идти. Смотрите с академией, сельскохозяйственной академией имени Тимирязева. Приняли решение – изгнать её из Москвы. Я не помню, сколько лет академии сельскохозяйственной, но это одно из самых старых учебных заведений в Москве. И ведь когда из села приезжал молодой парнишка или девушка, они ведь не только получали знания, они ещё приобщались вот к этой столичной культуре. А что такое академию вывести куда-нибудь в Курскую, там, или в Воронежскую область? Это, по сути дела, разогнать академию. Так ведь это было.