Папа не подписывал коллективных писем

Вот он, значит, держался. Знаете, обходили всех подписывать. Про Солженицына подписывать – какой он негодяй. Или про Сахарова – какой он тоже негодяй. И ведь… Я даже сейчас храню вырезки из «Правды», подписи людей, которые подписались под гнусным, мерзостным текстом. Когда к Сергею Владимировичу приходили: «Подпишите», – он говорил: «А я… Дайте мне их работы, я должен ознакомиться. Я же не знаю, чем они там плохи?» – «Какие еще работы? Это все, – говорят, – запрещено». – «Ну, тогда, к сожалению, я подписать не могу. Я должен ознакомиться, чем они плохи». И он ни одного письма не подписал! И даже его вызывали в КГБ и говорили: «Что такое, президент Академии подписывает, а вы тут кто, кукольник какой-то?» А он отвечал: «А я тоже человек». В общем, обошлось. Хотя его пугали. Пугали. Один раз даже говорят: «Не будем пускать за границу. Театр будет ездить, а вы нет». Потом был еще интересный момент. Вызывают опять его в КГБ и говорят: «У вас театр – сплошные евреи. 30% удалите. И через три дня список». Он написал список и первым поставил себя. И это дело завалилось.