Ошибки ГКЧП

Ну, в целом, если говорить о действиях ГКЧП, об ошибках ГКЧП, то принципиально надо сказать, что руководители этого комитета были недостаточно решительны, да и не последовательны. Они, объявив программу «Обращение к советскому народу», очень важный документ, или же второй документ — «Заявление советского руководства», который был опубликован... Конечно, по этим документам, на мой взгляд, надо было очень широко и постоянно по телевидению разъяснять каждый пункт. Основные члены ГКЧП должны были выступать по телевидению и разъяснять народу, чтобы народ был в курсе дела: что же творится, о чём речь идёт, что это за комитет, какие цели он преследует, какие задачи стоят, как они будут выполняться и кто это будет делать. Вместо этого они пускают заставки — «Лебединое озеро». Вы понимаете, это просто позорно как-то выглядело. Единственная вот эта неудачная пресс-конференция с дрожащими руками — и больше ничего. Никто из них не выступает, ничего не говорит. Это был просчёт. Я не знаю, то ли они просто не додумались до этого, то ли это были умышленные действия. Но я не представляю, какая тогда цель преследовалась. Если уж взялись за дело — надо было доводить его до конца. А лица, отвечающие за государственную безопасность, — они в первую очередь обязаны были это сделать. И вот эти нерешительные действия, собственно говоря, всё и погубили. Вы посмотрите, как наивно действовали руководители, которые второй раз полетели к Горбачёву — уже первые лица. Они чувствовали, что они, естественно, начальники, живут в Советском Союзе — какая для них опасность? Они даже личную охрану никакую не взяли. Полетели, как обычно — папка, помощник там кто-то, и всё. И полетели, значит, вести собеседования с лицом, которое заблуждается. То есть с Горбачёвым. Взяли с собой документы, помощников — по одному, без всякой охраны. В Советском же Союзе действуют-то, а не где-нибудь. И полетели к нему, чтобы окончательно договориться. Некоторые говорят, что они полетели каяться. Отнюдь — нет. Ведь это происходит 21-го числа. А на 20-е было назначено подписание договора — незаконного нового союзного договора о разрушении Советского Союза. Это было сорвано. То есть они какой-то цели достигли. А 21-го полетели, чтобы уже договориться с ним о последующих делах и действиях. Прилетели туда, рассчитывая, что, естественно, как первые лица, они будут приняты. Ничего подобного. Горбачёв, как я уже говорил, сбросив с себя все маски, действовал уже открыто — так, как он себе с 1987 года это представлял, только раньше маскировался. А сейчас — уже открыто. Он их, конечно, никого не принял. Принял только Лукьянова, и то грубо с ним обошёлся, как следует «влил» за то, что тот отклонился от его линии по развалу. А дальше всё трагично. Всё трагично. Их всех арестовывают, кроме Лукьянова — его только временно оставляют, через несколько дней арестовали. А остальных всех — арестовывают и сажают, проводят с ними следственные действия. Без адвокатов. А ведь Горбачёв юридический факультет окончил в МГУ, между прочим. Блюститель порядка. А первый нарушитель был — вот этой самой презумпции невиновности. Я подчеркнул этот момент для того, чтобы нам всем ещё раз тяжело вздохнуть: не было, нет и пока я не вижу в ближайшее время того, что у нас будет, наконец, демократический механизм, который бы позволял народу через своих представителей контролировать всех и вся начиная от Президента. Президент должен отчитываться перед народом. Не врать, а говорить честно всё. А парламент должен подтверждать — правильно он сказал или неправильно. Если он что-нибудь сделал неправильно, он должен быть — и это в Конституции должно быть записано — он должен сдать свою должность. Вот тогда будет порядок. А если будет так, как раньше было — и при Горбачёве в том числе — порядка никогда не будет. Я только могу об этом сожалеть. И вот вся эта организация, и лица, которые туда вошли (имеется в виду ГКЧП), она вначале вселила во мне, в частности, какую-то веру, надежду, что у нас дело сдвинется. Но они оказались слабыми. И таких, видно, Горбачёв специально и подбирал.