Ну, я всегда его вспоминаю. Он был очень энергичный, живой, подвижный. Его необыкновенное отношение к людям, к детям… Мне кажется, что у него вообще была настолько яркая жизнь, что выделить что-то невозможно, потому что он всегда приходил домой на большом подъёме, всегда рассказывал нам об успехах. И даже когда что-то не выходило и где-то он был недоволен чем-то, он всё равно нам рассказывал. Но мне трудно выделить какой-то особенный случай. Для меня он – свет, человек необыкновенной чистоты, необыкновенной… Трудолюбивый, он очень трудолюбивый был, очень. Он очень много трудился. Я не знаю, как у него хватало столько здоровья и энергии, чтобы уходить рано из дома и приходить под утро. Причём у него всё время были люди в наркомате, он всё время вызывал, советовался. Вот это отношение к людям – даже тогда, когда он сомневался, он всегда советовался с большими специалистами. Все помнят, как сейчас, везде так, а в Грузии особенно. Кто считает, что он создал великолепную республику, много там работал, а кто считает, что он, как коммунист, много ошибок совершил. Наверное, ошибки были. Когда человек работает, он не может не ошибаться. Какие-то, может быть, ошибки и были. Он был горячий, конечно, человек, но он очень быстро отходил. И всегда даже те люди, которые, казалось бы, могли быть на него обижены и с которыми он сурово обращался, потом всё равно становились его друзьями. Он был очень отходчивый, он никогда не помнил зло.