Смерть Аллилуевой

Когда перед гибелью Аллилуевой был вечер у Сталина, где присутствовали многие партийные руководители, в том числе был и мой отец, и моя мать, — насколько я помню, это было перед 7 ноября — они пришли, никаких особых впечатлений у них не было, ничего не рассказывали. Но когда — то ли на следующий день уже стало известно, — что Аллилуева застрелилась, на мать это очень сильно подействовало. Может быть, потому что мать в то время училась в Институте красной профессуры, а Аллилуева — в Промакадемии. На этих совместных интересах у них было такое некоторое сближение. И мать просто поражена была, и несколько раз в моём присутствии повторяла: «Никогда не могу поверить, чтобы это она сама застрелилась. Это обычная семейная ссора из-за выпивки». Насколько я сейчас помню, хотя, может быть, я и не прав, потому что теперь пишут немного по-другому: вроде бы Аллилуева пыталась попросить Сталина, чтобы он больше не пил. А сейчас пишут, что как будто бы наоборот — Аллилуева пила, а Сталин сказал: «Эй, ты, хватит тебе, не пей». И это её возмутило: «Какая я тебе “ты”?» Ну, короче говоря, вот такая мелкая размолвка. Аллилуева резко повернулась и вышла. Вечер продолжался, разговоры и всё остальное — тоже. Больше мать Аллилуеву не видела. Но перед этим она с ней разговаривала и говорила: «У меня полное впечатление, что у неё всё было в порядке. И из-за одного такого эпизода просто я не могу поверить, чтобы человек после этого — раз — и сам застрелился. Это же… ну, не укладывается никак». Я, конечно, это никому не рассказывал — понимал, что такие вещи, что она застрелилась… Но вот мать этому не верила. Она говорила: «Её убили. Её убили». Ну кого она могла назвать? Она говорила: «Нет. Сама она не могла застрелиться. Её убили. Её застрелили».