Каждый приезд Юры был праздником

Помню, вот приезды, ну, когда приезжал, конечно, он из техникума, понятное дело, вся семья радовалась, мы все собирались вместе, приходили его друзья. А здесь оставались в городе его и одноклассники, и просто друзья. Вот. И все почему-то у нас собирались. А они ещё… и Юра играл на трубе в духовом оркестре, и ребята были тоже из духового оркестра участники, вот нас собирались, я помню, что они пели песни там и всё. И не было никаких там, как вот сейчас собираются команды, значит, надо и спиртное, и всё такое. Тогда этого не было. Не водилось это просто. Собирались за столом, бабушка очень вкусные пироги с мамой пекли. И пироги, и плюшки, и ватрушки. Была же своя корова, свои поросята. Очень огромное подсобное хозяйство у нас было. Вот. И за чаепитием собирались, пели песни, вот и народные русские, советских композиторов. У нас дед, отец Юрия Алексеевича, он играл на гармошке, поэтому в доме звучала музыка, вот, и плясали ребята, и танцевали ребята. То есть такая вот жизнь была очень активная, обстановка была очень такая дружеская. Вот чувство локтя очень чувствовалось. Вот насколько они заботятся друг о друге. Очень тепло они относились, и вот эта дружба у нас, у них продолжалась до конца уже дней Юрия Алексеевича. Он первым ушёл из жизни среди своих товарищей. Ну, а потом уже присылал нам фотографии, когда он стал, на четвёртом курсе он же поступил в Саратовский аэроклуб. А мечта эта была с детства у него. Как бабушка рассказывает, наверное, ещё с военной поры, когда недалеко от села был сбит один самолёт, а второй рядом приземлился, и они там все ребятишки были около этих лётчиков. И вот тогда уже зародилась мечта. Всё время они твердили, особенно Юра, вот как бабушка вспоминает: «Я буду лётчиком. Мам, я буду лётчиком». Ну, видно, вот где-то, знаете, как на корочке отложилось. И вот в Саратове эта мечта осуществилась. Пусть не лётчик, но в небе. Вот. Ну, а потом сначала это теория, потом же уже и практика, понятное дело. По окончании уже он поступил в военное училище Оренбургское. То есть мечта его осуществилась. Особо и времени, то так-то поговорить не было, потому что приходил он поздно, со службы. Пока поужинает, пока там, новости узнаем, как, что и чего, и как. Ну, и потом, он же всю жизнь учился. Мы шли либо смотреть телевизор, либо спать. А он в свой кабинет. Потому что ложились спать, в его кабинете горел свет. Просыпались, у него он уже горел. Когда, ну, когда-то ему заниматься надо было, вот. Тем более он очень серьёзно относился к занятиям. И все ребята вспоминали, что не приведи господь, если мы где-то, чего-то, вот, там, в Жуковке не подготовились. Это тогда от Гагарина уже спасу не было, вот. И Сергей Михайлович Белоцерковский тоже рассказывал. Говорит: «Знаем, что Юра был в командировке, что он очень поздно там вернулся и всё». На следующий день занятий, я, – говорит, – несколько раз пытался подловить. Начинаю у него спрашивать, а он уже всё подготовил. Когда он, – говорит, – это делал, когда он учился, я не знаю. Но он никогда не приходил неподготовленным.