Операция на сердце Бориса Ельцина

После выборов оказалось, что он дальше не может функционировать – ему нужно делать операцию на сердце. До этого в мире никто не делал операцию на остановленном сердце президентам ядерных держав. Поэтому ответственность была соответствующая. Ну как вы себе представляете? Президент, который должен нажимать вроде как на кнопку стратегическую – в это время у него сердце не работает, в это время работает аппарат сердце-лёгкие. У президента было тяжёлое состояние. Мы реально в то время столь тяжёлых больных, в общем, очень редко брали на операцию по жизненным показаниям. И в общем, Ренат Сулейманович героически согласился на малоперспективную, с точки зрения многих специалистов в то время, операцию. Он нас спросил – мы его абсолютно поддержали. И Евгений Иванович решился тоже на это. Всё это произошло буквально за несколько дней, потому что был целый этап подготовки пациента. Просто мы переживали, потому что была склонность к кровоточивости по определённым причинам. Применялся весь арсенал гемостатиков. И требовалось наблюдение в течение первых суток – очень внимательное. Была и кровопотеря, восполненная через аппараты, и так далее – технические вопросы. Повторяю, груз ответственности был высок. Любая операция на сердце сопряжена с риском, с не всегда прогнозируемыми последствиями, особенно у тяжёлых больных. А тут эта ответственность возлагалась на тех, кто принял это решение и кто исполнял вмешательство. К счастью, у нас тогда в числе пациентов был премьер-министр, которому незадолго до этого момента тоже делали такую же операцию. Он её блестяще перенёс и всегда своими мудрыми поговорками – «никогда не было, и вот опять» – поддерживал и нас, и своего президента. И он, в общем, полномочия по главнокомандованию на себя даже на день возложил. Потом за несколько дней наш институт превратился, так сказать, в центр руководства страной. Приехали большие машины с кабелями, с космической связью и всё такое прочее. И, в общем, была выполнена операция. На всякий случай – опять же там служба безопасности – была договорённость о том, что приедут иностранные специалисты на случай непредвиденных обстоятельств, потому что в то время у нас, скажем, не было нормального искусственного сердца, не было кое-чего из того, что было у них. Но в операционных иностранных специалистов не было. Они сидели, наблюдали по монитору. Операция, к счастью, прошла хорошо. В общем, реконвалесценция пациента была очень быстрой. Он уже на следующий день вернул себе полномочия, поблагодарил нас и буквально в течение нескольких суток перебрался в свои апартаменты в спецбольницах. Он стоически перенёс эту операцию и долго жил после неё. Фактически причины его смерти были не связаны с сердцем. А если бы мы не сделали операцию – он бы вряд ли прожил долго.