Михаил Семенович Друскин и Людмила Григорьевна Ковнацкая. Мои наставники

Ну, теперь вот другой совершенно персонаж – это Михаил Семёнович Друскин. Гениальный совершенно музыковед, человек энциклопедических знаний, который номинально преподавал у нас, хотя лекцию он нам практически не читал, но он у нас принимал экзамены. И я помню, что у него была такая традиция: он просил ассистента положить билеты и приходил после этого через час. То есть, отдавая нам возможность, нам, студентам, посмотреть и выбрать для себя тот билет, который мы считали, что знаем лучше. Но зато он так нас гонял – до седьмого пота. Я помню, что до сих пор свой вопрос – сравнительные характеристики оперы «Царь Эдип» Стравинского и Энеско. Это один вопрос, а другой – позднее творчество Арнольда Шёнберга. Но, очевидно, я его убедил, потому что я получил «пятёрку» абсолютно безоговорочную. Потом мы с ним общались, но общались благодаря тому, что лекции вот этого курса читала его выпускница Людмила Григорьевна Ковнацкая, высочайшего класса музыковед, историк музыки, автор книг по Бриттену. Первая русская монография о Бенджамине Бриттене. Вообще об английской музыке у неё написана книжка о Шостаковиче. И это был тот редкий случай, когда я, в общем-то, не пропустил ни одной лекции у этого преподавателя, потому что настолько это было интересно. Она читала как раз музыку XX века. И вот она читала лекции, а экзамен принимал Михаил Семёнович Друскин. Потом у Ковнацкой училась моя жена, потом она её передала Михаилу Семёновичу Друскину. Поэтому у нас получилась такая вот семья, получилось такое наставничество. Мы очень долго общались, действительно это в общем-то… Я вообще немножечко музыковед тоже, хотя трудно… Ну, лучше об этом не говорить, хотя всё-таки я зачитывал диссертацию, и я пишу какие-то статьи, иногда выступаю на музыковедческих конференциях, как говорят, и в общем-то с некоторым успехом. Но всё это благодаря тому, что я получил вот такой заряд музыковедческой энергии от этих гениальных музыковедов. И, ну, вот я абсолютно не согласен с Борисом Ивановичем Тищенко, что композиторы, которые получили учёную степень, перестают быть композиторами. Ну, как раз мне кажется, это не так.