Великая Верико Анджапаридзе

В общем, культурная жизнь в войну и после войны в Тбилиси была на высочайшем подъёме. В частности, замечательная артистка Верико Анджапаридзе, трагическая артистка, которая закончила свой творческий путь одной фразой. В фильме «Покаяние» она спрашивает: «Эта дорога ведёт к храму?» – Ей отвечают: «Нет». Она говорит: «А зачем тогда дорога, которая не ведёт к храму?» Вот этим закончила Верико. А я её видел в спектаклях «Адриенна Лекуврер», например. Она играла в замечательном фильме «Великий Моурави», жену Эристави, главного героя. Верико Анджапаридзе была кумиром московской публики, когда приезжала в этот театр в Москву, кумиром театроведов, общественности, прессы. Меня дважды провели к ней в гримуборную после спектакля. Брат другой актрисы, Такаишвили, был вхож туда. И после спектакля… Сейчас я вспомню, какой это был спектакль. Даже не соврать – русская классика, какая-то в переводе. Верико завораживала удивительной искренностью своих переживаний. У неё не было искусственных слёз, они рождались у её образа. У Верико была очень высоко-литературная речь. И, в то же время, эта речь была образа, а не актрисы. Скажем, те, кто знали её лично и видели её образы, они замечали разницу – насколько перевоплощалась Верико на сцене, насколько она становилась действительно героиней. Даже если эта роль была, так сказать, второстепенной, всё равно, когда она была на сцене, то сила её искренности всегда приводила к тому, что её образ становился центральным, главным. И это очень привлекало публику. А в жизни она была простой хозяйкой, любезной, матерью большого семейства. У неё было трое детей – Софико, Рамаз и Эдгар, по-моему, третий. Он очень рано умер. И Рамаз умер рано. Одна Софико продолжила. Ну а Михаил Эдишерович Чиаурели, её муж, упустил возможность стать большим художником. Он был замечательным художником, но то, что он стал лауреатом Сталинских премий всех бесконечных, конечно, помешало его художественному таланту. И он проявил себя только в верноподданнических фильмах, картинах.