История создания автомобиля РАФ

Вот меня послали в Латвию на завод, который до этого выпускал просто кастрюли, ничего там не было такого особенного. Ну и вот, благодаря этим… Там конструкторы были замечательные, кстати сказать, конструкторы были просто – там было пять или лишний человек, и они, конечно, были асы. Не то, что они там заканчивали, они все, почти что все, техникум кончали. Но латышский техникум в то время – это был на уровне нашего ВУЗа, понимаете. Да, да, да, да. И вот мы с ними сделали вот такой автобус. Я сделала, наверное, эскизов 25. И, значит, вот в старой Риге есть, там министерство было автомобильной промышленности, пошли к министру, и он, значит, выбирал. Но мне повезло. Я всегда… Может быть, потому что Европа, не знаю. И потом они стали советскими в 1946 году, да. И поэтому многим разрешали, очевидно, не очевидно, а так и есть – переписываться со своими родственниками за границей. И они, видимо, спасибо им большое, просили послать автомобильные каталоги. И у меня была вот такая пачка современных автомобильных каталогов. И мне очень понравился там один автобус. И я, знаете, как у художников, у дизайнеров принято – по мотивам этого сделать. И я по мотивам сделала вот это. И министр это самое выбрал. Я говорю: «Нет, подождите». Он говорит: «А почему? Это же ваши все варианты». Ну, я ему не говорила, что мне тяжело это, да. Вот так вот. Я к тому, что я смотрела иностранные варианты. И по мотивам одного, он мне очень понравился, я сделала вот этот. Да, он и выбрал это. Я сказала: «Давайте не этот». Ну, всё равно, ну всё равно он не очень похож, но всё равно, с моей точки зрения, немножечко похож именно передок. Не то, что я вот сидела – откуда я могла создать? Я только что закончила ВУЗ, они же лучше меня знали. Мы знали, что у нас ничего нету, поэтому мы решили двигатели взять от «Волги». Допустим, фары взять, я это всё понимала, фары взять от «Волги». Подфарники, допустим. Мы сделали потолок внутри вот этого салона, да, было вот это самое. И всё. Остальное всё, что касается технологий завода, мы сделали всё нормально. И потом, вы знаете, что, я ещё раз хочу сказать: я очень благодарна, конечно, вот этим нашим конструкторам, потому что такого не было, что они говорят: «Это невозможно там сделать и всё». Невозможно, невозможно, но мы как-то приходили к какому-то консенсусу, да, почему невозможно. Потому что я, например, помню, как мне не нравился вот этот оконный пояс, и там вот идут вот эти перемычки, хотелось бы через раз сделать. «Нельзя», – говорили, – «потому что крыша не выдержит». То есть мы говорили фактически на одном языке. Вот так вот. Вы знаете, что, появилось вот что-то такое – был такой журнал «Звайгзне», это как наш «Огонёк». И вот они там поместили статью, называлась «Первая в Латвии», там, «Венера Латвия». И там мой портрет. И я, значит, стою перед эскизом, там всё. А потом стали откуда-то из военной части какой-то что-то писать, что я там чего-то. Ну и я как-то на это всё не обращала внимания. И мне это не как-то… Не знаю, может, потому что это моя любимая работа была и всё.