«Они сражались за Родину». Михаил Фёдорович Лукин. Ссора с Брежневым

Кстати, эта ситуация абсолютным дублем потом повторилась с «Они сражались за Родину». Когда дедушка уже в 60-е годы начал печатать очередные главы, возникла та же история. Дело в том, что «Они сражались за Родину» задумывалась как трилогия. Она должна была охватывать период 30-х годов – вот этих пресловутых, затем саму войну и главное, может быть даже самое главное, потому что это была совершенно больная для дедушки тема – послевоенные годы, судьбы военнопленных. У главного героя «Они сражались за Родину», он появляется в известной нам части романа только в двух главах. Это старший брат Николая Стрельцова – Александр Стрельцов. Он появляется в довоенные годы. И становится понятно: во-первых, он из мест не столь отдалённых, а во-вторых, именно устами этого Александра Стрельцова и тех, с кем он встречается, начинается разговор о том, что происходило в 1937–38 годах. У Александра Стрельцова, так же как у Григория Мелехова, есть абсолютно реальный прототип. Это генерал Михаил Лукин – наш военачальник, который в 30-е годы был одной из самых авторитетных фигур в Красной Армии. Человек, пользовавшийся невероятным уважением, наравне со многими заслуженными военными. Судьба Лукина такова: крестьянский сын, в Первую мировую дослужился до младших офицерских званий, потом принял революцию, воевал уже на стороне Советов, дослужился до высоких постов и стал героем гражданской войны. В 1938 году был репрессирован. Перед войной его, как и многих военачальников, реабилитировали – на фоне надвигающейся угрозы и войны. Он возглавил одно из крупных подразделений на Западном фронте и буквально сразу вместе с армией попал в окружение – тот самый знаменитый западный котёл, одно из первых серьёзных стратегических поражений Красной Армии. Лукин возглавил всю окружённую группировку и сумел вывести значительную её часть. Сам, отступая в арьергарде, был тяжело ранен, без сознания попал в плен и провёл всю войну в концлагере. Но не как рядовой – его немцы видели в роли нового Власова. Более того, по авторитету он мог бы быть даже выше: Власов у него в заместителях должен был числиться. Его прессовали по полной программе, но он не сдавался. В 1945 году его освободили наши войска, и он попал на Лубянку. Там провёл почти год, но по счастливому стечению обстоятельств о нём узнал Сталин. К тому моменту Лукин уже лишился ноги – её отняли после тяжёлого ранения. И Сталин сказал: «Оставьте в покое инвалида». Его выпустили. С дедушкой Лукин был хорошо знаком, они много раз встречались. У деда даже был его дневник. Его судьба должна была стать красной нитью в этой трилогии. Но как только в 60-х годах дедушка начал публиковать эти главы, всё повторилось. Опять побоялись печатать, опять передали на высочайшее утверждение, только теперь уже Брежневу. Тот не ответил вообще. Как Михаил Александрович ни пытался выяснить, добиться ответа… А надо отметить: они с Брежневым знали друг друга ещё со времён войны, были на «ты». Отношения были равные, приятельские, я не скажу, что близкие, но уважительные. И вот Брежнев просто лёг на дно. Дедушка долго ждал в Москве, а потом уехал, оставив записку, которую закончил словами: «За то время, которое я ждал, можно было ответить не только из чувства товарищества, но даже из элементарной порядочности». Это был хлопок дверью. С тех пор их отношения с Брежневым испортились. А дедушка перестал пытаться что-то отдавать в печать, хотя продолжал работать.