Ребусы и загадки итальянского искусства

Я очень рано обнаружила, что у меня есть склонность к определению авторства. Это совершенно случайно произошло, потому что первую картину, которую я определила, – это было то ли на втором, то ли на третьем курсе, я сейчас не помню. Я определила картину Бернардо Строцци «Святая Маргарита» в Смоленском музее. И совершенно у меня не было такой задачи. Я и не знала, наверное, что такое атрибуция. Думаю, что я тогда понятия особо об этом не имела. Но я прихожу в музей, вижу картину и говорю: «Ой, какой Строцци замечательный». А на этикетке написано другое имя. Тут-то я думаю: «Что такое? Как интересно». Я в панике была. Думаю: «Как же могут быть разные художники так похожи? Кто же так похож на Строцци?» Я рассказала об этом Михаилу Яковлевичу Либману. Он сказал: «Правильно, это действительно Строцци» – и сам опубликовал эту картину. Поэтому итальянский натюрморт, где подписных картин чрезвычайно мало, особенно в целых пластах, например, римская школа определённого периода, Караваджо и его последователи, – там нет ни одной подписной вещи. Поэтому вы всё время разгадываете ребусы. Это очень интересно, и это всё время такое. Я вообще люблю искусство, лишённое литературности и жанровой основы. Я не люблю искусство, которое очень сильно соприкасается с жизнью. Мне это просто неинтересно. А в Италии вообще этого нет. Им не свойственна жанровая живопись. Во всяком случае, когда я училась, эту особенность итальянского искусства нам, конечно же, ставили в укор. Потому что, видите, вот какая замечательная голландская школа – там жанры разные: и национальная природа в пейзаже, и натюрморт – видите, и всё это очень чувственно, очень иллюзорно, всё это замечательно, так как они умели и подражать, серебро потрясающее, шёлковые салфетки, мухи, сидящие на них – всё это чудо какое-то. И жанровые сцены из жизни голландцев, которые выстраивают перед вами панораму жизни Голландии. Вы этого не увидите в итальянской живописи. Даже одежды – вы не увидите в картинах итальянских художников фигуры, одетой в одежды того времени, это будет всегда условная одежда. Ну, надо сказать, что и сами темы не будут жанровыми. В XVIII веке был такой художник в Венеции – Пьетро Лонги. Он писал сцены из жизни венецианского общества, и, естественно, они одеты так, как было принято. Но это случай достаточно редкий. Так что, погружаясь в итальянское искусство, вы погружаетесь в совсем другой мир, в другую стихию. В этом сложность, потому что вы должны этот другой мир понимать. Он не похож на тот мир, в котором мы живём. В этом, повторяю, большая трудность.