Карточки мы получали на всю семью. Как все получали. Рабочим давали по 600 граммов. Мама-то считалась не рабочая, а служащая. Ей по 400 граммов было. И нам по 200 граммов, нас трое. Значит, таким образом, у нас получалась буханка хлеба. Мы её выкупали, приносили домой, и мама строго, при всех делила всю эту буханку на пять человек. Там никто не знал, сколько граммов, кто-то это. Вот на пять человек она делила всё это. Свою пайку она не съедала. Она её клала на буфетик, но там не буфетик, из досок было сделано. И, значит, потом у нас, младшая-то, сестричка у нас была, она слабенькая была, болезненная немножко, и фурункулы у неё всё время были. И мама потихоньку ей скармливала и свою эту пайку. Вот таким образом. Таким образом вот мы, значит… А сны у меня были очень интересные. Я во сне видела, что я пришла в магазин, где хлеба полно. Пирожные, но на пирожные я даже внимания не обратила, они не нужны. Хлеба. И вот я сплю и думаю, во сне я, значит, думаю: «Какую буханку мне взять лучше? Одна хорошо пропечённая, но она размером поменьше, а другая сырая, но она большая. Наверное, всё-таки надо сырую взять. Ничего, животам ничего не будет, зато хлеба побольше». Вот так вот, мы и жили.