В то время я не мог поступить в военное училище, потому что у меня было плохое зрение, в военное училище не приняли бы. Я же слепой, у меня вставные хрусталики в глазах. А на войну-то я пошёл близоруким, мне трудно было. Когда докладываешь вышестоящим, нужно видеть, полковник он или подполковник. А я не вижу. Несмотря на то что зрение у меня было плохое, меня направляют в училище военное. Я приехал, в военном училище посмотрели, а особенность бывает в росте человека? Он как плоды некоторые. Некоторые рано созревают, некоторые позже. Я в то время был маленьким, рост метр сорок, худой. И начальник училища устроил второй медицинский осмотр и признал негодным к службе в армии. Отправили меня домой, а через три месяца призвали рядовым солдатиком, начали готовить меня к войне. Готовили пять сержантов нас. Подъём в пять часов утра. И до обеда – один учебный день. А с обеда до десяти часов вечера – второй учебный день. Поэтому за два месяца нас подготовили к службе в армии и к войне. Готовили они хорошо. Сейчас некоторые рассказывают, что, когда они начинали служить в армии, с ними грубо обращались. Нет. Они с нами говорили только языком устава. Никаких грубостей и вольностей в этом отношении они не допускали. Таким образом они воспитывали нас уже в то время правильными людьми – живи правильно!