Моя семья. Довоенная жизнь

У меня папа – он 1903-го года рождения, Андрей Пансофьевич Анисимов. Значит, «пан» – это мудрый, то есть, «пан» – это «всемудрый», «софья» – это «мудрый». Премудрый. Почему-то всем очень трудно запомнить. Значит, он коренной пермяк, родился в Мотовилихе. Дед у меня тоже пермский наш. Дед учился в одно время в духовной семинарии вместе с Решетниковым. Дед работал, ну, после того уже, когда отец родился, он работал чиновником на Мотовилихинских пушечных заводах. Обычный чиновник. Содержал семью. Вот семья-то не такая уж маленькая – 7 человек. Ну, чиновничьей зарплаты хватало. Вот так. Мама у меня осинская, ну, тоже, можно сказать, пермячка. Она 10-го года рождения. Перед самой войной отец работал механиком. Знаете, угол Советской и Тополевый переулок? Там зелёный магазинчик такой есть. Вот там был «Культтовары» магазин, там продавали, ну, вот это вот – граммофоны, приёмники, ещё старые приёмники, и кассовые аппараты, швейные машинки, патефоны были тогда ууу! – такая редкость. Вот. Отец работал по ремонту всей этой аппаратуры. Мама, когда я уже родился, она уже работала. Была преподавателем в институте, преподавала физику. И так до самой смерти она там и проработала. Ну, вышла она, ну, к 10 прибавить 60, значит, в 70-ом году. Мама – Нина Борисовна, ну, естественно, Анисимова. Девичья фамилия Чудинова. Ну, что, жили мы в Перми перед войной. По улице Матвеева, сейчас Революции, а до того она была Садовая. Это вот где, ну, я сейчас знаю, что там сейчас, но магазин «Дары природы» раньше был. Вот на этом месте стоял наш дом. Вот. Полдома было, во дворе наш домик стоял. Флигель, как называли раньше. Вот. Ну, отец, значит, как я сказал, работал вот по ремонту этих машин. Ну, как, жили в общем-то не плохо. Как говорится, слава Богу, все эти репрессии там… Голода я вот так не помню, чтобы был. И мама никогда не говорила. Там на Украине голодомор, там ели друг друга. Нас Бог миловал. Ну, репрессиям тоже никто не подвергался. Как-то так обошлось. Правда, я потом у отца спрашивал, я говорю: «А вот у тебя был знакомый, это…» Он: «Лучше не спрашивай». И в соседнем дворе у нас жили евреи, большая семья очень, Залкинды. Куда они делись, я даже не знаю. Вдруг не стало их – и всё. Ну, наверное, контрреволюционеры были, я думаю так. Значит, у меня сестра – она 38-го года рождения, вот, она, значит, в 38-ом году родилась, но я, в общем-то, плоховато помню. Ещё, значит, у папы с мамой, у мамы были родители. Дедушка – Борис Павлович Чудинов, и бабушка – Валентина Петровна. То есть, Валентина Николаевна, рождённая Зыкова. Дед воевал в Первую Мировую. Вернулся с фронта, ну его газом там травили. Он лежал долго в госпитале. Это после Первой Мировой. Вот где Мариинская гимназия, Сельхозинститут, Мариинская гимназия. Он там лежал в госпитале долго довольно. Но в 38-ом году они купили дачу в Верхней Курье. Это вот где бывший дом отдыха, 7-ая линия, 7. Второй дом с угла. Вот. Ну, благословенное местечко, я его в детстве не очень любил. Ну, расскажу почему. Вот вся семья была наша.