Совсем другое настроение

А вот уже когда настал 43-й год, когда были разгромлены они под Сталинградом, а потом на Курской дуге, тогда обстановка на фронте, кончено, резко изменилась. Наши войска получили новое и довольно мощное вооружение. Наша пехота получила пулемёты и автоматы, причём пулемёты в достаточном количестве. Получили автоматы, которых у нас до этого не было. Это большое было подспорье, конечно. И начиная именно с 43-го года, надо сказать, что мы начали теснить немцев с нашей территории, и в конце концов удалось вышвырнуть их за пределы наших границ, с оккупированной части нашей территории, и гнать их дальше. Они уже отступали. Чаще сдавались в плен. Если раньше, я говорил, они выглядели довольно бодро, то когда в плен попадали, уже на них смотреть было совсем не интересно. Они выглядели как жалкие людишки, с опущенными глазами, с опущенными головами, но зато с высоко поднятыми руками. Они кричали: «Гитлер капут! Гитлер капут!», – просили пощады у наших солдат, но наши солдаты, как известно, вообще, наша армия пленных, конечно, не расстреливали. С нашей стороны никакого зверства к ним не применялось, никаких пыток, никаких оскорблений, ничего. Ну, а чего, попали они, на них жалко было смотреть. Тем более сами они кричали: «Гитлер капут!», – они уже поняли, что Гитлер капут, что им капут всем. Отправляли их в тылы на работы. Они восстанавливали разрушенные города и сёла, дороги. Работали до конца войны. А потом их отпустили всех домой.