Не ребёнок, солдат

А 27 числа нас в этой части в обед вызывают и говорят: «Вот вам документы, вы можете идти в часть, и продолжать службу будете в своей части». И 29 января 1944 года мы отсюда двинемся под Ленинградскую область, уже будет освобождена, будет стоять такая деревня Ямки Волосовского района, мы там сядем и будем обслуживать один из полков авиационных, которые на Ил-2 летали, это такие штурмовые самолёты. Тут я тоже опять дежурю на радиостанции. Тут мы ехали долго, нас везли долго. Так получилось, что мы на отдельной машине едем. Это война. Мы в 5 утра уедем, и на следующий день только в 5 приедем. Будем охранять эту машину, которую везём, на открытом воздухе сутки, никуда нельзя отходить. Это было сложно, тяжело. Ну и дальше жизнь будет сложная, тяжелая и трудная. Когда меня приказом зачислили в мае месяце, приказ номер 150, я уже почувствовал, мне сказали: «Ты солдат, уже не ребенок, твоего ребячества нету». Правда, меня там называли малышом. Иногда другие части авиационные, летчики, которые знали, по связи я с ними связывался, сидел на радиостанции, они знали, что я выполняю боевую задачу, что я уже не ребенок, а солдат, и после этого я уже не мог и не говорил. А когда приму присягу, то вообще не будет. С 43-го года мне сказали: «Ты уже солдат». И потом ещё мне скажут не раз.