Потом начинает умирать у меня вторая тетя, остаёмся мы с дядей вдвоем, все остальные разъехались. Сестра почти на казарменном положении, которая его дочка, приходит раз в неделю. Ну, иногда прибегала, когда у неё, наверное, обед, прибегала к нам. Всё, умирает. Потом с дядей, бомбежки тут, мы не выходим. Я ему что-то могу готовить, что-то готовлю ему, чем-то его кормлю. Дядя умрёт тоже в мае месяце. Меня куда бы хотели, могли отправить, в какой-то детский дом, но сестра взяла опекунство на меня, умирает мать, у меня документы есть теперь, что сестре оформили опекунство. А потом вот здесь ещё тетя у меня есть, ещё я живу с сестрой двоюродной, ещё когда мать жила, ещё и тётя была, я жил в семье, меня не оформили, а потом, когда они умрут, уже будет оформлено опекунство. И меня никуда, и мать, когда себя неважно чувствовала, говорила сестре: «Вот ты отвечаешь за него теперь, вот ты его никуда не бросишь, я тебя всё…» Сестра знала, что мать ей завещала, чтобы она смотрела за мной. Она за мной смотрела, я не могу ничего плохого о сестре сказать, потом мы с ней жить будем долго.