Сохранение памяти о холокосте

Я уже более 20 лет в организации Мортковича, с Мортковичем работаем. Уже более 20 лет я здесь. Надо сказать, что Олег Ефимович очень много уделяет внимания работе. У него работа, люди – это прежде всего. Это от него не отнимешь. И в организационном плане, и в любом плане, если кто-то заболел, он тут же включается, подключается, ничего не скажешь. Молодец! Значит, я там председатель комиссии по социальным вопросам. Чем могу, помогаю. Уже возраст такой, они от меня недалеко, на Тимирязевской улице. Чем могу, помогаю, конечно, уже 20 лет. Проводим время иной раз, иной раз, значит, в ресторане что-то отмечаем, если есть на что. И спонсоры нас спонсируют иной раз. А если не на что, мы у себя в конторе делаем. У нас помещение прекрасное, 100 квадратных метров – один зал. Всё у нас там хорошо. И так раньше собирались на 8 человек, на 100 человек, когда нас было 400 человек, 300 человек. Сейчас там осталось 100 человек – из них половина лежачих, половина неходячих, а половина ползучих. Вот так. Там и собираться некому. Соберутся человек 10-15 от силы, ну, 20, наверное. Остальные все так. Ну, вот так.Школьники, я им рассказываю то, что я Вам рассказывал. Бывает, вот, собирает Олега семья, школьники, студенты приходят. Дело в том, что уже рассказывать некому, даже из этих ста человек, тем, которым было 3 года, 5 лет, ничего не могут помнить, как ребёнок, а то и меньше. Могут рассказать только те, которым было уже 6, 7, 8, 9 лет – эти могут что-то рассказать, а все остальные ничего не могут рассказать. А таких людей если наберется 3−5 человек, больше нету. Если им расскажешь, они очень хорошо реагируют, нормально реагируют, слушают с удовольствием и приходят к нам с удовольствием. Да, ничего не могу сказать. Это когда их собирают у нас, да, они тогда могут и вопрос задать. А просто так они не интересуются. Им не интересно, они не интересуются. Если сядешь, рядом посадишь и начнёшь, тогда послушать, а чтобы они что-то сами спросили, что вы, нет. Как будто бы этого не было. А когда рассказываешь аудитории, конечно, слушают.