В магазины ходила я, потому что там в очереди надо стоять, эта обязанность была на мне. И я сама видела, пока на Среднем стояла в очереди, как мальчишка схватил хлеб прямо с весов в рот и лёг. Что хочешь делай – он закрылся и жуёт. Поэтому, когда подходит очередь твоя, ты подходишь, тебе взвешивают, ты приготавливаешь мешок, и с весов прямо в него и за пазуху. Потому что были такие мальчишки, в основном ремесленники, не взрослые. Я о взрослых не буду говорить. А ремесленники – могли. И я приносила эти полкило. Мама резала половину папе – ни грамма себе мы не брали, вторую половину она пополам опять: себе и мне. Когда хочешь, тогда и ешь. Мы его подсушивали сначала, потому что так есть было невозможно. А у нас была печурка такая, и там всегда стояла вода. Я, как правило, подходила, две ложки столовые воды этой теплой брала, выпью, и какой-то период нормально. Потом опять подходишь, опять две ложки пропустишь… Вот у меня в памяти осталась даже больше эта вода. А хлеб мы не ели, а просто сосали: как ты будешь, если его сразу съешь? Даже я недавно читала, по-моему, там одна треть или одна четвёртая мука была, а так всякого было туда напихано. Лишь бы пропустить что-то. Я скажу, у меня в памяти осталась эта тёплая вода: как подхожу, две ложки взяла, какой-то период нормально, потом опять.