Жизнь в Ободах. Освобождение

В украинских сёлах, в Ободах, был двоюродный брат папы нашего, но у него уже были квартиранты – 8 человек, и уже он говорит: «Ну что, я вас не могу принять». Он старенький дед был, Данила его звали. И он говорит: «Я сейчас пойду с вами», – и вот у этой Маруськи он нас поселил. Женщина жила одинокая, тоже муж на фронте, а она одна жила. И у неё, по-моему, девочка была у неё. Обыкновенная деревенская хата. Первая, передняя называли, и задняя. Задняя – это где русская печка, а передняя – это где постель, горница. Большой брезент, и по углам на эти кольца вставлены, как сейчас в колхозах сохнет зерно, вот такую приволокли. И мы застелем её и все падаем. Женщины все такие были дружные, так встречали нас: «Не плачьте дети, не плачьте, это все временно. Вот пройдёт скоро, сейчас наши придут». И как солдаты зашли в эти Ободы. Ой, боже мой! Я как вспомню: и падали, и спотыкались друг об друга. Солдата хотелось обнять. И солдаты кричали: «Ура, ура, ура!», и всё село кричит «Ура!», и солдаты кричат, а они строем же идут. Мы там уже, ведь подросли же, и кричали, и визжали, и за ними вслед бежали, и обнимали их, и за ноги ловили солдат этих. Там нам кричали: «Да отойдите же от ребят, отойдите от солдат». И потом мать нашла нас, через две недели приехала к нам.