Отец был совсем рядом, но мы не знали

Мы с матерью эвакуировались из Подмосковья в конце июля – начале августа в Саратов, где жила её родная сестра. Это родной город для матери. Она выходец из Саратова. И мы там всю войну провели. И очень долго мы не знали, практически всю войну я не знал, что он... Я узнал, что он, по-видимому, в Саратове, по-видимому, от Олега. Но то, что он умер там, я ничего не знал. И мы узнали только в 1943 году. А как отец оказался, могу сказать. Отец сидел во внутренней тюрьме на Лубянке. Потом его перевели в Бутырскую тюрьму после приговора. А потом вдруг опять на Лубянку, и к нему приходил представитель Берии и обещал ему, что ему, как академику, будет предоставлена работа по специальности уже после приговора к расстрелу, когда соратники были расстреляны. Речь шла, видимо, о шарашке. Но немецкие войска 15 октября 1941 года подошли вплотную к Москве, и большое количество заключённых – и политических, и уголовников – были этапированы в восточные районы страны. Как мне рассказал начальник саратовской тюрьмы, эшелон с отцом гнали куда-то на восток, в Свердловскую область. Но немцы бомбили узловую станцию на пути туда, на восток, и разбомбили пути на Свердловск, направление на Свердловскую область, куда хотели загнать моего отца в тюрьму. Но пути немцы разбомбили, поэтому стрелку переключили на Саратов. И таким образом он оказался в городе, где был расцвет его научной деятельности, где взошла его звезда научной деятельности, как выразился его ближайший соратник Пётр Михайлович Жуковский. Он сказал: «В Саратове взошла звезда Вавилова как учёного». И где он познакомился с мамой. Вот каким образом он оказался в Саратове – случайно, благодаря тому, что немцы бомбили пути. Это был уже 1941 год. Он прибыл – этап шёл две недели до Саратова. Этап выбыл из Москвы 15 октября, а прибыл 29-го. В неимоверно мучительных условиях добирались эти узники в товарных вагонах. Там он оказался в саратовской тюрьме, а мать ничего не знала и отправляла посылки с продуктами в московскую тюрьму. Причём мы жили совсем близко от тюрьмы. Совсем близко. Мы жили в центре города, и тюрьма эта была близко от центра города. Совсем близко – пятнадцать минут ходу до тюрьмы.