Первое и второе окружение, когда были дивизии и 13-я армия была в окружении, – то были такие отдельные случаи, когда папа вынужден был поднять порыв своих бойцов, и он сам подымался, шёл в атаку вместе со своими бойцами. Сильный, смертельный огонь, не щадящий никого, – и папа вставал в таком положении, вставал, шёл, и за ним подымались все. Это вспоминали папины ветераны, что, говорят, вечером было видно: перевязанная голова, он уже был ранен, повязка на голове с фуражкой – по этой повязке они видели, что рослый, высокий человек с автоматом наперевес идёт впереди колонны или цепи, и за ним подымались, шли, и, так сказать, порыв бойцов был неукротимый, нельзя было остановить. Вы знаете, он вообще был человек очень организованный, физически закалённый, и ради дела он, как говорится, считал, что иногда нужно рисковать, что риск часто бывает необходим ради больших дел. Но, видимо, как в то время было: «За Родину! За семьи, за Родину!». Потому что тогда за своих, как говорится, за свой дом и за Родину воевали люди. Тогда вся страна поднялась: и дети, и гражданское население, и военные – все тогда поднялись на защиту своей Родины. Видимо, с такими словами. И в одной из характеристик, которые были даны папе в первый период войны, было сказано, что очень грамотный, квалифицированный командир, не знающий страха генерал.