После этого я работал над картиной с таким известным режиссёром, снимавшим детские картины, – это Лев Владимирович Голуб. Он ещё снимал там «Миколка-паровоз», «Девочка ищет отца». Это был классик кинематографа. Если приглашал оператора, то спрашивал: «Пойдёшь на 500 кадров?» Оператор задумывался, потому что картина идет час двадцать, а там нужно снять 500 кадров. Очень странно было: Лев Владимирович москвич, мы снимали ему квартиру, но жил он очень скромно. Солдатская кровать с панцирной сеткой, тумбочка, стол, стульчик и холодильник. Он очень не любил обеды. Как-то он сказал: «Слушай», – подошёл и говорит: «Ну ты в Китае такой плащ купил. Да. Вот смотри, здесь рукава такие классные». Я подумал, о чём он говорит. А потом выяснилось: он в рукав прятал батончик и колбаску. Он говорил: «Зачем вам обеды, я не понимаю. Мы столько времени сейчас потеряем, а нам нужно это, это, сейчас солнце зайдёт». Также мы говорили о том, что у него был помощник, ассистент Борис Берзнер, который постоянно с ним. Мы подходили и говорили: «Борь, что придумать, чтобы сделать перерыв на обед, потому что все устали…». Он отвечал: «Сейчас, я знаю, что сделать. Сейчас поймёте». Он подходил и говорил: «Лев Владимирович, вот смотрите». Он показывал рукой и говорил: «Сейчас мы пойдём туда назад». Это было в сторону, куда на запад не должны были идти. Он указывал… «Как? По солнцу же это всё проблема»,«Олег, иди сюда. Куда ты выстроил? Куда он показывает?». И началась перестройка, и всё, у нас был перерыв на обед.