Рыбалку любил, грибы любил очень. У него был такой Виктор Сергеич Евстигнеев, шофёр его любимый, который его там возил долгие годы. И он прекратился в друга. И вот он был из Вышнего Волочка сам, и они каждый год летом, то есть, это в августе, ехали туда прям… То есть, грибник… По грибы я с дедом ходил, да. На рыбалку – нет, это я не очень как-то понимал. Но вот такие какие-то вещи – да. Ещё у него была страсть – это такие миноги. Помните, знаете, такая рыба есть? Вот. И это было совершенно невероятно, потому что их надо, для того чтобы их замариновать, сначала пожарить. А когда их начинаешь жарить – вонь была такая, что находиться… И, собственно говоря, бабушка его выгоняла из дома, говорила: «Ид…», то есть где-то там у нас в Комарово, у нас там был гараж на заднем дворе, и там, собственно, плитку можно было включить. И вот он жарил эти миноги там, потому что в доме это было невозможно выдержать. У него были очень… хобби – вот все эти задачки, ребусы, кроссворды, пасьянсы – вот это он очень любил. И он, конечно, любил детективы – невозможно совершенно. У нас была, ну, тоже… это только у него, наверное, ему было позволено. Он нашёл какую-то контору в Москве, которая на печатной машинке печатала Агату Кристи, Хедли Чейза – то, чего вообще не было, в принципе. Они эти книги переплетали, и у нас стояло томов сто вот этих самых. И к нам приходили как в библиотеку люди, значит, собственно говоря, вот это… по одной книжке там. Как раз бабушка, которая его сестра, Надежда Пална, она вела учёт – кто какую книжку взял, чтобы они вернули там. В какой-то момент, когда на русском языке детективы кончились, он стал покупать на польском языке и со словарём пытался читать польские какие-то… Это уже вообще… немыслимые вещи. Поэтому вот это тоже было как-то.