Несостоявшиеся гастроли с Рудольфом Нуреевым

Он, значит, был в моей жизни, когда с нами ездили представители власти, так скажем, которые меня засудили за то, что я в Париже гуляла по ночам. И Нуреев приходил к нам, но мы только смотрели – он там сидел, потому что нельзя было подойти. Нельзя. Это было, как бы, по политическим понятиям нельзя было так делать, чтобы открыто с ним поздороваться и что. Ну, я говорю, что было дальше продолжение: он нас приглашал с ним танцевать. Он ездил, у него были гастроли, и он делал концертные программы. Меня, Люду звал с собой, Семеняку. Приглашения, звонил по телефону не он лично, а его секретарь. Всё. Чтобы мы договорились, чтобы нас отпустили. Но у нас не получилось, потому что Юрий Николаевич это не поддерживал. Он, как бы, своих солистов не открывал заранее, а мы должны были его спектакли открывать вместе с ним. То есть быть сюрпризом для мира, когда мы ездили. А так… Ну, были у нас гастроли. К нам приезжали, дали какой-то спектакль, и мы станцуем, возвращались. Такое было. Но так, чтобы поехать с Нуреевым, он нас не отпустил. Он не то, что там запретил. Ну, разное. Вдруг поставит роль, которую я очень хотела станцевать. Ну что я сделаю? Конечно, я буду оставаться и учить эту роль, а не поехать. Он был очень дипломатичный человек. Он мне никогда не говорил «нет». Он просто вёл свою театральную политику и всё.