Опасное производство

Мы были одеты, жара была, уже начиналось лето. А на нас были одеты не шинели даже, грубее – брюки, куртки и шлемы. На случай вспышки. Люди даже в этих куртках не успевали выбегать из кабины. Мы по двое в этих кабинах были, а рядом пожарник стоял со шлангом. Обливал, когда загорается. Ну, всё равно не спасало, люди обгорали. Но, правда, немного случаев было, потому что все всё-таки молодые были и успевали выбегать из кабины. А когда выбегали, здесь уже их обливали водой. Конечно, жара была невозможная. Мало того, что сама по себе жара была, и этот порох был горячий-горячий. Восемнадцать килограмм рулон, я их в смену столько перекидывала. А от нас уже эти рулоны брали и в пресс запускали. И там, в прессу, уже другие люди работали, только по три человека. При мне один раз взрыв был. Но люди не погибли. А вот в цеху нитрации… Он под землёй специально был. Нитроглицерин делали. И вот нитрация-то у нас и взорвалась. Это было в 44-ом году. И трое погибло. Утром мы побежали, мастер идёт и говорит: «Нитрация взорвалась». Мы утром кончали работать, вышли, а на проводах кишки висят. Настолько сильный взрыв был. А мы перепугались, мы думали, бомбить нас прилетели. А уже 43-й год, уже немец далеко был. А мы думали: «Ну, опять бомбят». Оказывается, взорвалась нитрация.