Мои ранения

Я и сейчас ношу осколок с 43-го года. Он полумесяцем, как исламское, знаете, как крестики у них, такой маленький. И вот я ездил лет, наверно, двадцать пять в Москву. Хирург, он был на фронте капитан, он мне сказал: «Иван Петрович, никому не разрешай его вырезать. Потому что он так хорошо врос сейчас, чистенько там всё, нормально. Если ты дашь кому вырезать, то там могут порезать, разрезать то, что нельзя резать. И у тебя может болтаться рука, нога или голова». Вот, я никому ничего не даю. Но он меня иногда гнёт, так Г-образно, когда плохая погода, то мне очень плохо. Здесь у меня большой осколок. У меня, собственно, ягодицы здесь почти нет, она вся отрезанная. И на спине глубокая рана, палец у меня влазит туда. И там у меня осколок. Но он не в позвоночнике, а около позвоночника. Потом, у меня разбита левая ключица. И здесь у меня осколок пролетел насквозь, правая нога, вот здесь. Насквозь пролетел. Иногда болит, но перестанет, и всё нормально.