Моя задача – обеспечить правильность контроля полёта траектории ракеты, всё время следить за ней, передавать эти координаты в реальном времени, передавать на средства, которые обрабатывают, дальше передавать корректировку траектории на борт. Это основная работа. Расчёты заранее, траекторию рассчитали, её заложили в технику и дальше запустили. Если она менялась, значит, за ней всё время следили, и всё время вводили корректировку до самого падения туда, куда она должна упасть. Потом я обеспечивал полёт Гагарина, у меня есть награда за Гагарина. В это время я уже сидел в Кзыл-Орде, в Казахстане. Обычно я на все полёты летал, по системам радиоуправления работал непосредственно с заместителем НИИ, генералом по науке. И обычно я вылетал либо с командой, с экипажем Королёва, либо экипажем главного штаба из Перхушково-2, либо так прилетал в Байконур, а оттуда – на машине в Кзыл-Орду. Там два было системных наземных пункта, они следили за полётом, передавали сюда координаты, тут вводилась корректировка, передавали к нам, и мы опять передавали на борт. Первый запуск объявили почему? В это время шла конференция где-то на Западе, именно к этой конференции был запуск Гагарина. Ну риск всегда есть, мы старались, чтобы было нормально со своей стороны, а там уже пусковики дальше.