В госпиталях

Привезли меня в Смоленск. Там институт какой-то, там много лежачих. И меня туда, я лежачий, ходить не могу. У меня организм-то здоровый. В Смоленске полежал, наверно, неделю, а может больше. Опять пришли, одевают, увезли на станцию. И нас повезли, куда везут? В Казань приехали. Вот там я ещё лежал, наверно, всего я полгода пролежал. Там меня лечили, а как лечили, почему так – непонятно. Лечили меня, и груз подвешивали, ведь нога согнутая была, она не разгибалась, сухожилия задеты были. И парафином, как только не лечили, а нет бы сделать УЗИ, было бы видно осколки. Сначала ходил на двух костылях, потом один забрали, на одном. На палец наступаю, а пятка несколько раз шелушилась, обдирал. Потом и этот у меня взяли, дали палочку, с палочкой ходил, и с палочкой выписали меня. В военкомат в Молотовский привели нас. И в сборный пункт. На сборном пункте тоже нары деревянные. После этого, когда привезли нас, и нары, ничего нету, голые нары, ночью там ночевал. Потом на комиссию, как обычно призывников, вот тоже – на эту комиссию. Вот сидят: «Догола. Всё, садись, так-так-так». Я больно, вот для чего были воспитаны. Падаю, вот держусь, падаю, но стараюсь показать себе, что я здоровый. Они посмотрели, комиссия, шов-то большой. «Ну, – говорит, – ладно».