Было мне очень страшно. Кишинёв-Яссы, артподготовка завтра в шесть утра. Иванов вызывает: «Бери группу, иди на нейтралку, после артподготовки если будут точки какие – уничтожь их». Вечером мы собрались, идём, а на юге всегда: раз – и темно. У молдаван очень вода близко и срубы, они набивают и плетнём заплетают. Идём болтаем, и вдруг я провалился: «Ребята, хватайте быстрее!» Я подумал, что я провалился в колодец и сейчас сяду на кол. Вот это единственный раз я испугался по-настоящему. Боялся. Это неправда, что ничего не боишься, всё равно опасаешься – то пули, то ещё что, но это такой животный страх был. Это я буду помнить, наверное, всегда.Артподготовка – это ад. У нас рация, и шесть часов, нам: «Внимание!» Вот как дали, там тысяча орудий. Через нас летят и «Катюши», снаряды, и прочее – тёмный дым, газы. Мы палаткой накрылись – так два часа было, потом сообщают ещё два часа и десять минут – дали ещё раз. Через час примерно развеялся дым, поднялись мы, посмотрели: ни немцев, ни румынов нет, никого нет, сообщаем: «Никого нет», и наша пехота вперёд.