1942 год. Москва

Москва? Видите, вот как молодёжь любит говорить, нормально, да? Нормально. То есть я ничего такого не заметил, чтобы вообще говоря... То есть, всюду жили люди тревожно, в ожидании, но все работали. В то время уже, правда, эвакуировано было ведь большинство предприятий тогда и организаций. И они ещё в 42-ом году не начали возвращаться. Так что Москва была в этом отношении малолюдна. Вот что, может быть, так запомнилось. А так, всё работало вроде, вот. Но было скудно. Жили ведь по карточкам, по талонам. Я в какой-то там... кормился. У нас были талоны, которые давали право не в какой-то столовой питаться, а хоть в ресторан иди. Вот я, значит, однажды кушал в ресторане, назывался он тогда «Ереван», это на Неглинной. А сейчас я не знаю, что там, сейчас же всё перестроено, сейчас я Москву не знаю. А тогда – знал неплохо. Ну, чем отличался ресторан от столовой? Что там тебе подавал официант с бабочкой, что это было прекрасно сервировано, и, значит, мне давали... А содержимое-то было такое, как и в самой захудалой столовой. Очень скудненькое. Но, тем не менее, жить можно было.