После войны. Геологическое управление

А потом команду дали, направили из госпиталя из Ярославля в Москву по распоряжению Министерства геологии. Там подобрали команду сапёров в распоряжение Министерства геологии. Прибыли, нас встретили, распределили по регионам. Я сибиряк, меня в Иркутск отправили в распоряжение Восточно-Сибирского геологоуправления. И вот с 46-го года, с мая месяца 46-го года, работал геологом в Восточно-Сибирском управлении геологии, в министерстве. В 51-ом году я женился в Киеве. Жена украинка была. Я кончал Киевский политехнический институт. И студентом уже на последнем курсе уже перед дипломом женился. А она училась на курсах младше меня. Привёз её в Иркутск, взяли ей академический отпуск. Приехали в Иркутск, меня направили работать сперва в Восточно-Саянскую экспедицию геолого-съёмочную. Потом, по окончании сезона, приехал в Иркутск, и направили на Мамско-Чуйскую экспедицию. Я проработал до 51-го года в Мамско-Чуйской экспедиции. Потом уехал на Украину к жене на Родину, в 53-ем году уехали. Она там осталась, на Украине, а я вернулся обратно, работал здесь на БАМе до 57-го года. В 57-ом году меня направили в Бодайбо организовывать Бодайбинскую экспедицию. Начальником экспедиции Лисий, Баранов, я, покойный Цедрик и Шуберт. Четверо нас было, поехали туда. После этого, в 56-ом году меня вызвали и говорят: «Увольняйся, поедешь в Афганистан аэродромы строить, как сап-, сапёр взрывник. А так как у меня была жена в Киеве, мне отставили поездку в Афганистан. С женой туда не брали. И направили в «Желдорвзрывпром», управление. В «Желдорвзрывпроме» работал сперва на Украине, станция Клёсово в Ровенской области. А потом, в 57-ом году, командировали в распоряжение строительства Сталинск – Абакан дороги. Строили дорогу эту, Сталинск – Абакан. После этой дороги – опять геологоуправление. Работал в Бодайбинской экспедиции. И из Бодайбинской экспедиции перевели в экспедицию «Цветные камни», это Байкал, кварц. «Самоцветы» сейчас это называется, 123-я экспедиция была. А оттуда я на пенсию ушёл в 80-ом году.