В глубоком тылу

Сделали операцию, я пролежал там 10 или 15 дней, не знаю точно. Там формировали состав целый раненых, и должны были везти в Москву. Москва не приняла, дают команду – Казахстан. Отправили в Казахстан, полдня проехали мы – Казахстан не принимает. И, значит, дают команду нас везти на Урал, повезли нас на Урал. И доехали мы до Читы. По пути, дороге тех, кто помирал, тяжелораненые, снимали, а остальных, кто живой, нормально, везли до Читы. Привезли в Читу, в госпиталь «Чита-1», там ещё «Чита-2» есть, нас вот этот госпиталь. И, значит, как получилось: нога стала заживать, я лежал с офицером в палатке вдвоём. А он лежал на растяжках, у него позвоночник был разбитый, а я один лежал. Но, значит, утром захотел я пройти на костылях, я уже ходил на них, и решил пройтись, пока нет никого, по коридорчику. А уборщица пол помыла, он крашенный был, наверное, я вышел, а мои костыли поехали вперёд. И я опору сделал на ногу, и порвал то, что зажило. Всё порвал, и меня снова на операцию. Я ещё пролежал три месяца. Это 45-й год: январь, февраль, март, апрель.