Когда в юридическом бюро был на Невском проспекте, я говорю: «Как мне вернуться в Ленинград? Вот у меня всё это есть». – «Нет. Период обратной эвакуации в Ленинград закончился в 48-м году». Батюшки! Ну, я так махнул рукой и стал жить на Урале. Там женился, дети появились. А потом в 62-ом году решил вернуться сюда. Ну, почему? Просто думаю, на шахте ведь платят хорошо, заработки хорошие, но очень опасно. Кроме того, что тяжёлая работа, подземная и опасная, вотна нашей Нагорной шахте до меня была большая авария: двенадцать человек завалило. А тогда, в советское время, об этих делах молчали, и больно не распространялись. И за период моей работы, за шесть лет, с пятьдесят шестого по шестьдесят второй, по-моему, три человека тоже так внезапно: горный удар, и троих в лаве завалило. Ну вот я решил, что пусть лучше пять лет проживу в бедности, чем с большими деньгами погибнуть, может, вернуться уже сюда. У нас появилась первая дочка, тут устроилась она. Был почтовый ящик 83, потом МУС, в смысле Мелекесское управление строительства, ДУС, здесь я проработал тридцать пять лет. И вот из-за того, что у меня был горный стаж шесть лет, я раньше ушёл на пенсию. По-моему, в девяносто шестом, что ли, году.