Вышло как? Нечем было уже топить те же буржуйки. Кто-то маме где-то сказал, может, в очереди, когда мы стоим там за хлебом или куда. Кто-то сказал, что женщина какая-то привезла досочек, значит, надо на семёрке ехать до кольца. Ну, тогда же Пискарёвки ещё не было. И мы с мамой поехали на этой семёрке. И я как сейчас вспоминаю, значит, у меня даже где-то сейчас ещё есть мешки. Вот сейчас полиэтиленовые же у всех мешки, вы не признаёте же. А у нас мама из тряпок сшила, например, мешочек, и мы поехали. Я почему вспоминаю этот мешок, потому что мы когда едем на трамвае обратно, сломали несколько досок, и они в этом мешке вот так вот были уложены, как бы несколько досочек. А почему я помню этот момент? Значит, вышло как? Приехали мы на кольцо семёрки, там показали, сарай стоял большущий, там люди ломали доски, но, сами понимаете, хоть силы и мало, но всё равно как-то мама там несколько досочек сломала, и когда этот сарай уже был наполовину разобранный, назовём так, и там, вот я говорю, вот у меня все перед глазами, вот эти моменты, лежали трупы, но трупы-то мы не видели сами, людей, лица или что-то, а вот эти трупы, завёрнутые в тряпки, в простыни, в основном были простыни. Почему? Потому что надо было что-то большое, или вот скатерти, наверное, или в простыни. И там рядами вот так лежали в этом сарае трупы. Это я тоже помню хорошо, потому что досочки вот сломали, помню, мы едем в трамвае, и вот из этой сумки торчали вот эти досочки у нас, что мы с мамой поехали.