Из школы нас возили, нас отправляли в колхозы летом. И мы, значит, в колхозе работали, я помню, возили на прополку турнепса. Всю школу отправляли, и 10-е классы ездили, и все работали. Сложно, не сложно – работали, как могли. Нас ещё похваливали бригадиры, иногда хвалили: «Ой, молодцы!» Пололи, чтобы выросло, потому что иначе всё зарастёт. Объема не было. Сколько могли, столько и делали. Нам таких объемов не давали, потому что куда мы всё-таки? Год я не помню, когда, наверное, в третьем, в четвертом или пятом классе, наверное, было. Под Ленинградом где-то. Вот такое место, я помню, меня мама отвезла на этот совхоз на трамвае. В школе сказали, что нужно поехать, но мы были такие исполнительные товарищи, нам сказали, значит, мама меня отвезла туда. Жили в школе, школа была. Жили в классах, в школе жили. А кормили, ну, где-то там столовая была в школе. Кормил тот совхоз, в который мы приезжали. Размещали нас там в школах и кормили. Ну, иногда бригадир там жалится: «Дети, возьмите с собой чего-нибудь, погрызете вечером». Брали турнепс, который пололи. Это как морковка длинная такая, белая. Сейчас она идет, наверное, вообще, как кормовой продукт.