А тут уже выяснилось, что Калач (город в Воронежской области), и там захлопнули с двух сторон. Значит, Воронежский фронт и Сталинградский с юга, значит, захлопнули и, значит, Гудериана с его армией, по сути дела, всё там. Из 220-и тысяч 88 дошло до плена. Нет армии. Значит, начинается переломный момент. И вдруг к нам приезжают из Москвы или из Ленинграда, я уж не помню точно, но из военно-химической академии. «Нам нужны добровольцы», – заявляют там представители. «А для чего? Чего делать?» – «А мы будем наносить на тело отравляющие вещества и дегазировать не табельными средствами, а подручными средствами. Гитлер обещает залить Москву, Ленинград ипритом». А он это, это самое, широко опубликовал в своей информации. Он не скрывал. Для нужд армии у нас есть табельная защита, противогаз и пакеты и там всё прочее, всё было у нас, значит, вплоть до бахил, на ноги, на сапоги одевать, всё было, а гражданских нечем защищать. И вот нужно на живом теле испытать действие этого подручного средства против нанесённого иприта. А иприт – очень тяжёлая жидкость, очень липкая, как клей. И она маслянистая, поэтому легко впитывается внутрь кожи, всасывается просто сама, а там начинает действовать. Нарывы, нарывы, и всё это лопается, болит и так далее, всё это. Так что люизит ещё сильнее, но люизит не прижился, потому что летучий, легко поднимается в воздух и теряет сильное свойство, действие остаётся слабое, только раздражением кончается. _x000D_Теперь фосген, ну, это газ. Дифосген – жидкость то же самое, но она больше удушающе действовала, не на кожу действовала. Так вот иприт-то, и немцы-то применили его на реке Ипр в Первую мировую войну, отсюда и получил он название иприт, этот самый, это вот штука опасная. А чем защищать народ? Табельной защиты для населения невозможно создать в короткое время. И поэтому, значит, брали добровольцев на себе испытать это вот самое свойство. Мы-то уже были подготовлены, мы уже знали, что это такое, мы знали, как начинается. Всё это теоретически было вывезено нами, всё на отметке.