Со мной на работе один парень русский работал. Вначале направили в ДУ, дорожники. Я был там выездным линейным механиком. Был у меня там столик при конторе. А был русский парень, хороший парень, замечательный. Он там был техником по учёту. И они к нему всю дорогу цеплялись. Я думал, они будут ко мне цепляться. Не столько ко мне, как к нему. И называли его, и кацапом. Чуть что, он виноват. Что ж такое? Хотя здесь, в Москве, сколько у меня было украинцев на работе, у меня было 700 человек, наверняка человек 200 было украинцев. Мы их всегда почитали, уважали, давали работу, мы считали, что они трудяги, что у них работа хороша. Мы никогда слова плохого о них не говорили. Они же о русских говорят. Что у них там такого? Всё построили, территорию передали. Не существовало бы этой Украины вообще. Вот так. Это всё идёт оттуда, оттуда, значит. Ну, не все такие, но значительная часть даже в такие тяжёлые времена относилась по-другому. Некоторые точно так же. Но основная масса – это не так. А эти бандеры – они все такие. Я всё видел, что им отдавали, передавали. И Хрущев им отдал Крым. Я же всё знаю. Там построили все фабрики, заводы. С помощью России всё сделано, а они взяли и бегут впускать НАТО туда. Как это можно быть? Тот же Севастополь. Что творится? Я им вправляю мозги, если они начинают в этом плане возникать. Я не молчу никогда. Я им рассказываю так, как есть. Если бы этого не было, так и России бы не было. Россия не может допустить этого, чтобы и Севастополь был не наш, и чтобы там натовские корабли стояли, и чтобы все вокруг были, начиная от Финляндии, Прибалтики, и так далее, то, что было, значит, их базами, мы не можем такое допустить.