Буржуйка. Дрова

Дров не было. Ленинградцы заготавливали дрова летом. А здесь какие дрова? Ну, я использовала всё, что могла. То, что мне мама дала, на растопку остатки газет. Потом, дома получали журнал «Звезда». И эта «Звезда» пошла… Остался только один номер…. Значит, запретила категорически использовать газету, оставлять её только для растопки. Теперь, всё, что в сарае было, она принесла. Значит, вот эти поленья лежали в комнате у круглой печки. Ну, круглая печка не топилась, конечно, только буржуйка. Научили меня, как можно, и дали нож такой, нож большой, которым можно было делать такие щепочки тонкие, на растопку. А что я ещё употребила? Во-первых, мама помогла разбить табуретку, больше времени не было, она ушла. И ножки, и вот это сиденье я распилила сама, и даже колола в комнате, никуда не выходила. Прямо в комнате колола, на этом металлическом листе медном, который был у круглой печки. И вот этим я топила. А потом, когда всё кончилось, тогда я пошла на кухню и сняла кухонную полку. Вообще, хорошо топилось и быстро загоралось. Достаточно было положить вот щепочки, которые я не трогала, только для растопки. Я ещё их разломаю, такой кучечкой положу… А спички были интересные, но это уже другое. И положу кусочек газеты, скомканной обязательно – это мама сказала, что гореть будет хорошо и долго, и щепочки загорятся, и загорится то, что ты ещё положишь… Да, ещё. Потом, мама мне отложила ещё книги, которые я могла, в том числе в твёрдом переплёте. Я с удовольствием использовала одну книгу. Ой, знаете, вот сейчас вылетел автор... Дело в том, что, когда я возвращалась с прогулок, да, у нас горка была во дворе, вся мокрая вся, рукавицы и волосы даже мокрые, когда снимали, и рейтузы, всё это шло, то Параскева Григорьевна говорила: «Ах, гулящая пришла!» – встречала меня. А тут «Гулящие люди» – книга. Но мама сказала: «Тебе будет неинтересно». Я спросила, думала, что это про нас, гуляющих. Чапыгина книга – «Гулящие люди» – известная. И мне хотелось почитать. И всё-таки я без разрешения брала взрослые книги. Это было здорово. Но когда я взяла, первое, зачем я потянулась, я думала, что это о нас, о гулящих, вот. Я была разочарована. Во-первых, ни о каких детях речи не шло. И я с удовольствием, мне дали одноручковую такую пилу – отпилила твёрдый переплёт. Нельзя было книгу целиком положить. Она не хотела гореть. И мама, когда давала, сказала: отпилишь, будут гореть листочки, и положишь туда вот этот переплет картонный. Но пахло так. Вот эта доска, которую я взяла, покрыта она была краской, и плохо пахла. Я её пилила очень долго. Это не один день всё продолжалось.