Какое научное открытие отца я считаю главным

Мне почему-то кажется, что лучшее время было, когда он изобрёл тромболизин. Когда он был молодой, не очень известный. Когда он делал свою карьеру. В этом тоже была какая-то прелесть его жизни. Наверное, надо начать даже не с фибринолизина, а с теории свёртывания и противосвёртывания. До того, как папа стал глубоко заниматься этой проблемой, считалось, что существует только система свёртывания крови – когда кровь сворачивается и образуются сгустки крови, тромбы. Но папа был уверен, что существует и система, которая противостоит свёртыванию, то есть противосвёртывающая система. До него об этом никто не думал, и исследований таких не проводил. И папа открыл то, что существует не только система свёртывания, но и система противосвёртывания, одним из элементов которой является фибринолизин – от слова фибринолиз. Именно это вещество папа предложил использовать для растворения тромбов – когда нежелательные тромбы образуются в нашем организме. Это бывает при инфаркте миокарда, при ишемических инсультах, при тромбоэмболии лёгочной артерии. Папа сначала, на основании теоретических своих изысканий и работая с обезьянками (кстати, он делал много опытов именно с обезьянами), потом всё это успешно претворил в жизнь. Наверное, я счастливый человек, потому что 5 октября 1961 года – день, когда я родилась – совпадает с днём первого применения тромболизиса. Папа не пошёл в роддом, не смог поздравить маму, потому что тогда он занимался лечением, спасением жизни пациента – первого, которому был введён тромболитик. Я считаю, что это самое главное свершение папы как учёного. И даже если бы он остановился на этом, то уже, я считаю, его имя справедливо могло бы быть вписано, как сейчас это и есть, во все анналы истории не только отечественной, но и мировой медицинской науки.