Дружили не только с одним Харламовым, мы вообще, Петров, Харламов, Михайлов, очень дружили. Мы собирались на даче у Бориса Петровича. На даче собирались и делали летом шашлыки, отдыхали с супругами. Так что, в общем, такая обстановка была, ну, как нормальная. А что, пацаны, у нас нечего делить было. И отношения всегда были у нас хорошие. Вот то, что мы говорили про отношения армейцев-спартаковцев, динамовцев-спартаковцев… У меня, кстати, в 71-м году я женился, у меня свидетелем на свадьбе был Толя Мотовилов, динамовец, свидетелем был, хотя там все были и армейцы, и спартаковцы на свадьбе. Ну, потому что мы дружили с Толей. Я к нему очень хорошо относился, он ко мне очень хорошо относился. Поэтому, когда встал вопрос, кто будет свидетелем, я сказал – Толя Мотовилов. Это нормально. Так же и с армейцами у нас дружба. И сейчас, к сожалению, Валеры и Володи нет, а с Борисом Петровичем мы в прекрасных отношениях. Меня потом с Фирсовым сталкивала судьба, когда я работал в Швейцарии. И он как депутат тоже там отдыхал в Швейцарии. И мы как-то созвонились, и мы приехали к нему, встретились. И он с супругой, и я с супругой, мы пошли там, как обычно, пообедать или поужинать. Посидели, повспоминали – такая хорошая, тёплая встреча была.