Фильм «Крестоносец». Работа с Валерием Приёмыховым

Самые трюковые фильмы, которые мы сами снимали. Это «Крестоносец», например. И даже «Человек с бульвара Капуцинов» – там не было настолько опасных трюков, хотя было много работы трюковой. А это с Валерой Приёмыховым мы расписали все сцены, принимали в этом участие все каскадеры. Сами предлагали самые интересные трюки. В результате в «Крестоносце» был, например, прыжок через идущий состав на двух машинах. Одна машина – та, в которой я с Олей Кабо был, за нами была погоня, перелетая через платформу, а вторая машина врезается в цистерну. Это очень сложный, опасный и трудоемкий процесс. Рассчитать было невозможно: поезд идет, надо было сопоставить со скоростью, а тогда со связью еще было проблематично. Сейчас уже просто, а тогда это было значительно сложнее. Но мы справились, получилось. Тройной прыжок на мотоциклах, на работающих, с вертолета – я считаю, что это, наверное, один из самых сложных трюков. Причем тогда компьютерной графики не было, все было вживую. Поэтому мы до сегодняшнего дня гордимся этой работой. Плюс ко всему картина до сих пор идет успешно. Ее с удовольствием смотрят, потом звонят. Те, кто знает меня или ребят, которые там работали, отзываются очень позитивно. С Валерой мы дружили по большому счету. Как-то так складывается, что после картины появляются новые друзья – актеры, режиссеры, операторы. Эта работа на съемочной площадке сближает людей. Особенно если находишься в экспедиции – там значительно более теплые отношения начинаются. Потому что живешь рядом, наблюдаешь друг друга, находишь общие интересы. Так что наша работа с Валерой тоже не исключение. Он с большим пиететом, уважением относился к нашей профессии. И на тот момент, когда стояла задача написания сценария для «Крестоносца», учитывая, что там было очень сложно, был очень большой исторический материал, который мы снимали с Сергеем Сергеевичем Тарасовым. Я понимал, что мы снимаем в Турции, причем снимали по моему настоянию. И я уже начал относиться к этой работе как продюсер. Понимаете? Не только как сорежиссер, как исполнитель одной из главных ролей, но и как продюсер. Я начал понимать, что мы снимаем не тот продукт, который нам вернул бы обратно вложенные средства. Мы на этой почве с Сергеем Сергеевичем поспорили немножко и разошлись. Я остановил съемки, и мы вернулись в Москву. Я обращался ко многим своим друзьям – операторам, режиссерам – с просьбой подсказать, как выйти из этой ситуации и что можно сделать, чтобы не остаться на нуле. Но все отказывались, говорили: «Легче снять новую картину, чем переделать эту». В результате мы встретились с Валерой, посидели, поговорили, и родился «Крестоносец», с учетом тех исторических сцен, которые уже были сняты. Кое-что пришлось доснять. Но, тем не менее, на мой взгляд, картина получилась. Потому что она произвела серьезное впечатление на зрителей, на актеров. Я ее выставлял на «Кинотавре», потом возил на рынок в Европу. В общем, все хорошо прошло. Самое главное – он меня там снимал в «Крестоносце» и играл роль вора в законе. Так его друзья не узнали после выхода картины: «А кто это такой?» Я говорю: «Вы что, обалдели? Это Приёмыхов». Ну, произвел впечатление. Он на самом деле глубокий, мыслящий человек.