Нас отпустили. Мы пришли этой кучей на вокзал в Молотове. Военные эшелоны идут только в сторону Москвы с солдатами и с техникой. И никого не сажали, не пускали, пассажирских поездов я не видел и не слышал. В конце концов комсомольский наш, он инициативный был, добился, что нас семь человек как-то посадили. И от Молотова мы поехали в сторону Москвы на таких военных поездах, на перекладных - нас высаживали, и мы опять на чём-нибудь ехали. От Горького и машины немножко нас подвозили, но у нас, главное, был документ, что мы не просто сбежали, а известно кто мы и что. А был такой порядок: вокруг Москвы были контрольные пункты, на которых всех задерживали, кто едет в Москву. И нас забрали в комендатуру, начали сверять, кто мы, откуда, где, что. Не поили, не кормили день или два, потом меня вызвали, дали документ, типа пропуска и сказали: «Вас по этому патрули не заберут». Но когда я приеду на место, надо явиться в военкомат, доложить, и чтобы военкомат позвонил в эту комендатуру. Ну я и дисциплинированный был комсомолец, всё сделал, как говорили.